Агонисты рецептора GLP-1 хуже действуют на тех, кто «заедает» эмоции

Агонисты рецептора глюкагоноподобного пептида 1 (GLP-1RA) уменьшают уровень гликированного гемоглобина (HbA1c), помогают снизить массу тела и регулируют аппетит. Однако клиническая практика показывает, что эффективность этих препаратов сильно различается у пациентов. Возможным объяснением служит пищевое поведение, то есть то, как внешние стимулы, эмоции или сознательные ограничения влияют на питание. Выделяют три типа пищевого поведения: внешний (человек ест под действием запаха и вида пищи), эмоциональный (человек ест на фоне стресса, тревоги или печали) и ограничительный (сознательный контроль питания ради снижения веса). Есть не так много данных о том, как эти факторы связаны с успехом терапии GLP-1RA. Группа ученых из Японии в исследовании G-DIET поставила цель восполнить этот пробел, проведя проспективное наблюдательное исследование.

В исследование включили 92 пациентов с сахарным диабетом 2 типа, которым назначили один из GLP-1RA (лираглутид, дулаглутид, семаглутид пероральный или инъекционный). Участники наблюдались в течение 12 месяцев в четырех клинических центрах префектуры Гифу. В начале исследования, через три месяца и через год терапии фиксировались клинические показатели (HbA1c, масса и состав тела, биохимия крови), калорийность и структура рациона, а также тип пищевого поведения по японскому опроснику.

Через год терапии были отмечены значимые улучшения: средний уровень HbA1c снизился с 8,2% до 7,0%, вес — в среднем на 3,6 кг, доля жировой ткани — с 35,8% до 33,9%, при этом мышечная масса не уменьшилась. Параллельно нормализовались печеночные ферменты, снизились показатели общего холестерина и триглицеридов, а анализ рациона показал уменьшение общей калорийности и потребления белков, жиров и углеводов без акцента на какой-то один нутриент.

Что касается пищевого поведения, наиболее показательной оказалась динамика внешнего питания: его показатели снижались через три месяца и через 12 месяцев. Эмоциональное питание снижалось только кратковременно — в первые три месяца, но к концу года возвращалось к исходным уровням. Ограничительное питание также изменялось лишь в начале, отражая, вероятно, кратковременную мотивацию пациентов после старта лечения. Наибольший интерес вызвал тот факт, что пациенты с изначально более высокими баллами внешнего питания теряли больший вес и показывали тенденцию к лучшему контролю гликемии. При этом исходные показатели эмоционального или ограничительного питания значимой связи с результатами не имели.

Таким образом, терапия GLP-1RA в реальной клинической практике не только улучшает уровень гликемии и снижает вес, но и положительно влияет на особенности пищевого поведения, прежде всего уменьшая склонность к еде под действием внешних стимулов. Авторы делают вывод, что внешний тип питания может быть поведенческим маркером, позволяющим прогнозировать эффективность лечения. Это открывает путь к более персонализированному подходу: оценка пищевых привычек еще до назначения терапии может помочь врачу выбрать оптимальную стратегию и повысить ее результативность.

«Западный» тип питания женщин во время беременности связали с повышенной вероятностью развития СДВГ и РАС