Российские ученые подобрали индивидуальную терапию пациентке с холангиокарциномой четвертой стадии

Холангиокарцинома — серьезная, агрессивно распространяющаяся раковая опухоль желчных протоков. Ее находят у 3% пациентов с раком пищеварительной системы. В России и Западной Европе она встречается нечасто, всего лишь у 2-3 человек на 100 000, в азиатских странах — в 10 раз чаще из-за повышенной вероятности заражения печени трематодами. Воспаление желчных протоков и кишечника, вызванное паразитами или иными причинами, увеличивает риск. Основной способ лечения — хирургическое удаление опухоли, однако оно возможно только в 10-40% случаев, и даже тогда в течение первых двух лет после операции рак возобновляется у 60% пациентов. Если опухоль неоперабельна, лечить ее можно только с помощью химиотерапии или лучевой терапии.

Большие надежды возлагаются на таргетную терапию. Но даже для иммунотерапии нужно секвенировать геном опухоли, чтобы определить мутации, которые необходимо нейтрализовать. Проблема с холангиокарциномой заключается в наличии множества разнообразных мутаций, однако врачи уже пытаются использовать некоторые моноклональные антитела, чтобы нейтрализовать самые распространенные из них.

Женщину 38 лет прооперировали, чтобы удалить опухоль из левой доли печени, однако уже через месяц были замечены признаки рецидива. Вспомогательная химиотерапия и иммунотерапия с помощью пембролизумаба (препарат моноклональных антител, блокирующих рецептор PD-1, с помощью которого раковые клетки могут становиться незаметными для клеток иммунной системы) не дали результатов. Секвенирование нового поколения (NGS) выявило мутацию в гене BRAF.

Чаще всего холангиокарцинома развивается из-за мутаций в генах, отвечающих за регуляцию клеточного цикла и доставку информации от поверхности клетки к ядру. Обычно это гены KRAS (50% случаев холангиокарциномы) и TP53 (40% случаев). Однако в данном случае редкая мутация затронула белок B-raf, среди функций которого — регуляция дифференцировки и миграции клеток, пролиферации и апоптоза.

«К сожалению, рядовой житель России пока не может получить такое лечение, поскольку его еще нет в протоколах терапии, — объясняет доктор медицинских наук, профессор Алексей Чжао, один из соавторов работы. — Данные препараты могут быть выданы бесплатно только по протоколу при меланомах, поэтому пациентке пришлось самой оплачивать дорогостоящее лечение». Секвенирование ДНК опухолевых клеток в страховку тоже пока не входит, его делают только по рекомендации онколога и инициативе пациента, потому что даже после этой процедуры вероятность того, что удастся выявить конкретную мутацию, вызвавшую рак, остается крайне малой.

Пациентке было назначено таргетированное лечение ингибиторами BRAF дабрафенибом и траметинибом. Через два месяца терапии опухоль и метастазы были полностью ликвидированы, а спустя два года не было никаких признаков рецидива.